-- В поле зрения «Эмигрантской лиры»

Автор публикации
Даниил Чкония ( Германия )
№ 2 (38)/ 2022

Неужели существуем

Рецензия на книгу Евгении Джен Барановой «Где золотое, там и белое»

 

Евгения Джен Баранова. Где золотое, там и белое. – М.: Формаслов, 2022. – 102 с.

 

В новой – пятой книге стихов Евгении Джен Барановой «Где золотое, там и белое» читатель с первых же строк ощутит радостное чувство узнавания: необычность её поэтической мысли, её богатая образность, метафорика, всё состояние стиха дышат новизной и силой экспрессии. Даже само расположение стихов в книге – хорошо продуманное движение настроения и проживания внутренних сомнений, звучащих, как одна тема:

 

Молчи, молчи, мне лучше, лучше,

я не умею говорить

про то, как сплетня или случай

зажгли вольфрамовую нить.

И вот она прошила память,

прошлась по горлу бечевой.

Так бесконечность стала нами,

нам не оставив ничего.

 

Две последние строки живут этим ощущением внутреннего боренья автора с самим собой. Формула внутреннего сомнения и сопротивления становится ведущей нотой стихотворений Барановой. И поворот темы необретенья смысла бытия, ничего не оставляющего лирическим героям, сосредоточивает нас на последних строках предыдущего стихотворения:

 

Сложно вспомнить что-то, кроме

молодого февраля.

Пульс, как радио Маркони,

бьёт сквозь белые поля.

Мысли – скользкие скорлупки

от яичного житья.

Тяжело, хрустально, хрупко

вспоминать таких, как я.

 

Тревожная нота мировосприятия поэта не даёт читателю возможности сделать передышку в пространстве переходов от стихотворения к следующему. Таким образом, насыщенная разными смыслами поэтика Барановой становится системной, образующей.

Кажется, будто автор подобных стихов уже всё сказал о них, но изобретательность Барановой не знает пределов. Эта книга стихов требует особого обострённого читательского внимания. Беглое перелистывание в этом случае подводит читателя, он теряет связующую мысль поэта. К тому же свежесть поэтического дыхания Барановой восхищает:

 

Выдумаю море во дворе,

выдумаю почерк на конверте.

Интересно, думал ли орех,

что родится шкафом после смерти?..

Интересно, думала ли я,

хлопковая куколка пустая,

что уйду в молочные края,

в киселе и йогурте растаю?..

 

Кажется, при подобном мастерстве автор может идти лёгкими воздушными путями, без какого-либо напряжения. Однако в случае Евгении Барановой такая лёгкость исключена! Она насыщает свою стихотворную речь новыми поворотами поэтической мысли, а если играет затейливую полную звуковыми эффектами музыку стиха, то и здесь демонстрирует силу своих возможностей., как, например, в стихотворении «Ревность»:

 

электрическая птица

всё летит летит летит

и никак не приземлится

и никак не заземлит

 

ты не мог бы впрочем мог бы

я кого из нас боюсь

на ковре круги и ромбы

вырабатывают грусть

 

я реактор я ревную

я ревную я реву

разговоров ледяную

нить никак не оборву

 

вязнет вязнет птичий коготь

электрон друг дружку ест

ради бария святого

превращайся сразу в текст

 

Эти стремительные переходы внутри строки поражают: «ты не мог бы впрочем мог бы»… Или обрыв строки и мысли в предпоследнем катрене. А наш автор не снимает напряжённости своей поэтической речи:

 

Тишина приходит в гости,

гладит мебель по щеке.

Я по небу строю мостик,

говорю не-помню-с-кем.

Вот Москвы стальной затылок,

вот –механика, вот поп –

Я без дома, я бескрыла,

мой раздавлен кинескоп.

 

Образность поэтики Евгении Джен Барановой перехлёстывает. Её стихи будто соревнуются между собой в метафоричности. Поклонники её поэзии не могут не откликаться на тревожащие душу строки, которые как раз и подтверждают, что мы существуем:

 

Неужели в мире новом,

где осалиться легко,

верят лунные коровы

в голубое молоко?

Греют дымными боками,

чешут полые рога…

Неужели это с нами

происходят облака?

Март сменяется апрелем,

щиплет изморозь траву.

Неужели, неужели

существуем наяву?..

 

В очередной раз издательство «Формаслов» демонстрирует свою привязанность к настоящей поэзии! К этому добавлю ослепительное впечатление от оформления книги Евгении Джен Барановой, выполненного Александрой Николаенко. Будет справедливо подтвердить, что художник и поэт здесь отлично дополнили друг друга.