-- В поле зрения «Эмигрантской лиры»

Автор публикации
Даниил Чкония ( Германия )
№ 3 (11)/ 2015

Нестроевые стихи Винонена

Рецензия на книги Роберта Винонена «Синие сумерки SUOMI» и «Муравейник»

 

Роберт Винонен. Синие сумерки SUOMI. – Москва: изд-во «Кругъ», 2013. – 120 стр.

 

Роберт Винонен. Муравейник. – Москва: изд-во «Кругъ», 2014. – 156 стр.

 

Роберт Винонен – известный московский поэт, уже долгие годы живёт в Хельсинки, периодически перемещаясь между Москвой и Тбилиси. В Москве с завидной периодичностью появляются его стихотворные книги, включая большой двухтомник избранных стихов, вышедший в 2005-2006 годах общим объёмом более 500 страниц. Казалось бы, столь частые издания должны нести на себе налёт инерционного стиха, но это случай не Винонена. Что подтверждают две новые книги поэта, уже подзаголовки которых свидетельствуют: читателю не грозит однообразие стихотворной речи и поэтических приёмов. Взять хотя бы один из подзаголовков: «Миниатюры в пяти темах». Винонен неуёмен в своих поисках неизбитой рифмы:

 

Далековато нас прогресс умчал

И старый не срабатывает опыт:

Во многом знании премногая печаль…

А весело вернуться в идиоты б!

 

Или ещё:

 

Изобретает яды,

Бациллами полнит колбы,

Чему генералы рады

И ждут: испытать на ком бы?

 

Да вот, хоть так:

 

У Пиросмани конура

Была под лестницей в подъезде.

Перебивался до утра,

До размышлений: где поесть бы?

 

Но как бы автор ни экспериментировал со сложными составными рифмами и ассонансами, сколь ни играл бы ритмическими сбоями, стихи его – не плод досужих версификационных фейерверков, а всегда тревожное художническое размышление над жизненными явлениями. При этом иронии, а то и сарказма ему достаёт:

 

Делят мебель коммунары:

Кому – кресло, кому – нары!

 

Или:

 

Искусство – свыше, но оно

Готово низко пасть,

Хоть и с народом заодно

Обслуживая власть.

 

Винонен как раз менее всего расположен «обслуживать власть», которая раньше лелеяла идеи поворота рек, а нынче, кажется, оставив реки в покое, мечтает об иных поворотах:

 

Да не о реках нынче речь –

Теперь дозволено им течь

Везде по милости натуры.

А кто-то хочет как-нибудь

Теченье времени вернуть

Туда, к верховьям диктатуры.

 

Назад пойдём за строем строй,

Надежду прежнюю лелея,

Что снова тот или иной

Покойник помахать рукой

Поднимется из мавзолея.

 

Винонен не настроен на строевой шаг к верховьям диктатуры, потому и не путает власть и Россию, любовь к которой, несмотря ни на что, впитана им с детства, как и любовь к русскому языку, к русской речи. Боль и самоирония переплелись в его строках о самом себе:

 

Звенели вешние ручьи,

Когда в сельце у горизонта

Финн народился на Руси

И обрусел бесповоротно.

 

Оттуда всех смела, как сор,

Судьба, и даже за бугор

Того забросила чухонца.

 

Забот не зная за бугром,

Он и во племени родном

Чужеязычным остаётся.

 

И никаких красот и льгот

Нет у него дороже речи.

Не гроб ли этакого от

Русскоязычия излечит?

 

Что тут комментировать? Сказано исчерпывающе.