-- В поле зрения «Эмигрантской лиры»

Автор публикации
Даниил Чкония ( Германия )
№ 4 (16)/ 2016

Рецензия на книгу Павла Лукьянова «Turistia»

Павел ЛУКЬЯНОВ. TURISTIA. – М.: Воймега, 2016. – 64 с.

 

Биография Павла Лукьянова наполнена географическими перемещениями, что не имеет отношения к туризму. Он достаточно подолгу жил в разных странах, занимаясь научной деятельностью. Тем не менее в названии его книги стихов «Turistia» слышится и «туризм» и жалобно-элегическое «Tristia», иными словами, уже в названии книги декларируется стремление автора к игре созвучий и его попытки поиска нового смысла в столкновении этих созвучий.

Сказать, что это стремление всегда находит адекватное воплощение и стихотворение несёт ясно проявленную смысловую нагрузку, пожалуй, сложно. Но ставит ли перед собой задачу поиска новых смыслов автор? А что если ему важна жизнь самого, отдельно взятого, слова, если поэт работает со словами и смыслами именно в надежде найти им новую звуковую окраску, под которой, как под снегом, таятся эти обретения, даже если снег этот лежит на земле, впадающей в лето, и летящие насекомые жужжат, словно колокола?!

 

надежда ты, надежда, занесена, подснежна,

глядят пустые вежды, и ветер черпаком

кидает километры, ни продыха, ни где ты,

земля впадает в лето, по ком жужжат, по ком?

 

А потому – делай своё дело, как ты его понимаешь, как требует того твоё ремесло:

 

заткнись и пой, возьми повыше,

не всё то золото и зло:

и в захудалом человеке

есть худо-бедно ремесло.

 

Творческий эксперимент должен оправдывать себя в том случае, если автор ставит перед собой определённую цель, решает задачу, ответ которой заранее известен. В случае Лукьянова оправдания не нужны: поиск идёт без определённой цели – автор доверяет игре слов и созвучий, даже когда сомнения его одолевают, и это обретает, в конце концов, свой смысл:

 

в границах земного стола

пылятся чудные дела,

душа твоя всё проспала

и дети твои как зола.

не хочешь смотреть? так смотри:

вот, плавность, твои корабли,

вот, вечность, твои пустыри,

вот, память, твои звонари.

 

В этой книге всё живёт по своим, непривычным и необычным законам:

 

здесь на неправильной дорожке

следы неправильных людей…

 

Сопротивление всему уравновешенному, стандартизованному становится смыслом игры в слова:

 

встретишь себя у зеркал

и устрашишься лекал.

 

Но в человеческом существовании игрой не отделаться. Смысл должен себя обретать, должен подсказывать путь к этому обретению, должен давать ему, смыслу, свет:

 

когда-нибудь ты станешь далека,

сама собой раскроется рука

и в тексте, покосившемся слегка,

я разгляжу детали маяка…

 

Автор в итоге приходит к тому, что можно назвать достигнутой целью, согласием слов и смыслов. Неслучайно бросает он эти слова:

 

описание речки равно погружению в речь,

отпусти своё слово: однажды его не сберечь…

 

Кажется, отсутствие этой самой цели как раз и чревато ограничением свободы слова и речи. Павел Лукьянов знает, где зажжены его маяки, знает пути, по которым движется его свободное слово.

«Turistia» может вызывать споры о пределах творческой свободы и эксперимента, но выпустившее книгу издательство «Воймега» в очередной раз продемонстрировало, что ему доступен широкий спектр звучания поэзии.