Поэтические переводы

Автор публикации
Галина Ицкович ( США )
№ 2 (42)/ 2023
Михаил Рыков ( Канада )
№ 2 (42)/ 2023
Игорь Сид ( Россия )
№ 2 (42)/ 2023

Современная африканская поэзия в переводах Галины Ицкович, Михаила Рыкова и Игоря Сида

Переводчик Галина Ицкович (США)

 

Фото Ицкович

 

Живущий в Нью-Йорке поэт и психотерапевт родом из Одессы, автор книги стихов и переводов «Примерка счастья». Переводы, стихи, публицистика и короткая проза на русском и английском регулярно публикуются во множестве изданий по обе стороны океана и неоднократно отмечались наградами и дипломами на международных поэтических конкурсах.

 

От переводчика:

 

Сколько себя помню, я читала об Африке в новостях, но читая новостную ленту, трудно представить себе страну и народ. Я была в Кении, но что я знаю о Кении? А о Нигерии?

Много лет назад к нам в клинику приходил мальчик с треугольным лицом, с которого не сходила извиняющаяся улыбка. Ему было неловко за то, что он рассказывал в терапии: за огромную семью (всё мальчики, спасённые от войны), проживающую в одной комнате (имеющихся кроватей хватало на посменный сон), за страшную участь отца, за описание улиц его деревни, где по утрам собирали убитых за ночь. Быть жертвой стыдно. Жертву судят строже. Жертвы сторонятся, как будто можно заразиться несчастьем. Что остаётся выжившим? Раздать имена жертвам, вспомнить каждого погибшего, сказать: «Никогда больше!».

Стихи Расака Малика – это стихи человека, который никогда больше не будет жертвой, человека свободного. Это определяет также выбор формы.

И напоследок, рефлексируя: предупреждение Малика «Это могла быть твоя страна» оказалось точным. Вот уже второй год по утрам я звоню украинским друзьям и близким, узнать, пережили ли они ночь обстрелов. Это не должно происходить. Это не должно повторяться. Нигде. Никогда.

 

Расак Малик (Нигерия)

 

Фото Расак Малик

 

Расак Малик Гболахан – нигерийский поэт. Его работы публиковались или будут опубликованы в литературных журналах The Nation, African American Review, Colorado Review, Crab Orchard Review, Lit Hub, Michigan Quarterly Review, Minnesota Review, New Orleans Review, Prairie Schooner, Poet Lore, Rattle, Salt Hill, Spillway, Stand, Verse Daily и многих других. Поэт получил почётное упоминание в номинации «Best in the Net» в 2015 г. за стихотворение «Элегия», опубликованное в журнале One. В 2017 г. Rattle and Poet Lore номинировал его стихи на премию Pushcart Prize. Вошёл в шорт-лист Международной премии Брунеля в области африканской поэзии в 2017 г. Финалист конкурса «Силлерман-Первая книга» для африканских поэтов в 2018 г.

 

 

На другой земле

 

На другой земле я хотел бы стать отцом, не

проходя через бесконечное безумие оплакивания

детей, без ритуалов вокруг возвращённых

мне детей в виде тел, сложенных вчетверо,

как коврики для молитвы, не проводя

ночи в рассказах о прежнем городе,

где жители становятся чужаками, рыскающими

 в поисках приюта. Я хочу, чтобы дети смогли

расстелить ковер перед нашим домом и играть вне стен,

разорванных ружьями. Я хочу наблюдать, как они

растут, произнося название их страны как Божью

молитву, резвятся среди квартала, не опасаясь,

что их забьют как дичь, что затравят до смерти.

На другой земле я хотел бы, чтоб дети укрощали кузнечиков

в поле, затевали игру в дочки-матери посреди гостиной,

вдыхали дыханье цветов, машущих ветру в саванне,

наблюдали за птицами, крыльями измеряющими небо.

 

 

Гарисса

 

После бойни, учинённой террористами из группировки Харакат аш-Шабаб в университетском колледже Гариссы, Кения

 

Это мог быть и ты. Могла бы твоя

сестра помолиться: «Велик Аллах!»,

читая о сценах этой бойни

в газете утром.

 

Это мог быть твой брат, говорящий

«Храни нас Иисус!» в четверг на рассвете

в Гариссе. Это мог быть его обезглавленный

 труп. Могла быть его сломанная нога,

его прошитая пулями грудь. Могла быть

его рубашка в пятнах его же крови. Могла быть

твоя любимая, ее последний текст

тебе из-за стен универа.

 

Это мог быть твой друг, протирающий

велосипед субботним утром

в Баге. Это могла быть лично твоя мечта,

похороненная зверьём. Это мог быть

твой голос, зовущий на помощь из куба,

где разрывались бомбы, из общежития,

набитого студентами, застрявшими в кошмаре,

сплющенными в штуковины, поглощаемые землей.

Это могло быть твоё тело

на полдороге к моргу.

Это мог быть кто-то знакомый,

кто-то любимый. Кто-то, похожий

на папу, целовавшего в лоб каждый

вечер. Кто-то как твоя мама,

ждущая, чтобы обнять.

Это могла быть твоя страна,

блёкнущая на глазах.

Это могли быть твои кости,

 взрывающиеся в костре.

 

 

В той деревне, где каждый рассвет начинается с похорон

 

В той деревне, где малыш рисует черты

мёртвой матери на куске картона,

где мужчина оборачивает листьями то,

что осталось от жены, где хоронят цветы в память тех, кто

погиб в изгнании, где зов муэдзина отступает

перед звуками выстрелов, собирающих толпу, где мертвецы

умоляют об общей могиле, только бы избежать агонии

в клювах ворон, где женщина транслирует своё горе,

сидя на могиле ребенка, они готовят ужин на воде

пополам с кровью. Земля разверзается под ногами

людей, идущих по следу пропавших любимых

с фонарями, когда они возвращаются в хижины и находят

искалеченных за ночь детей. Пока убитые горем жёны идут к целителю,

мужья принимаются за дело гробокопателей

для погибших. За время войны завяли

венки на бабушкиной могиле, дядина ферма оказалась стёртой

в прах, а родительский дом превратился в воронку.

В той деревне могилы безымянны, имена попавших в засаду солдат

высечены на обелисках, стены домов завешены кровавым крепом,

среди останков сгоревших хозяйств, руин разбомбленных магазинов, упавших ветвей

и сухих сучьев. Беженцы пережидают в горах, в пустыне выстроены лагеря,

земля распахана под кладбища. У тамошних девочек шрамы от насилия,

мальчики выкормлены войной, старейшины пошатываются на пути

к перекрёстку, за которым страна обращается в тень, в мемориал страны.

Портреты мёртвых расклеены по стенам,

разломы плиток проходят по лицам детей, что никогда не придут домой,

не вернут себе детство, в котором улицы залиты

светом, где снова работает радио, где можно купаться в реке,

карабкаться по стволу манго, вплетать в ожерелья рогатки,

плясать под дождем, а в сумерках слушать сказки.

 

Перевод с английского Галины Ицкович

 

 

Переводчик Михаил Рыков (Канада)

 

Фото Рыков Михаил

 

Компьютерщик, музыкант, переводчик. Родился в 1965 г. в Минске (Беларусь). Переехав в Канаду, увлёкся творчеством поэта, писателя и автора песен Леонарда Коэна; перевёл ряд поэтических произведений Коэна, исполняет его песни на русском языке. В Оттавском университете прослушал несколько курсов по канадской поэзии у профессора Симура Мэйна. Двуязычный сборник стихов Симура Мэйна с переводами М. Рыкова «Пик» (Cusp) в жанре словесного сонета вышел в издательстве «Серебряный век» в 2019 г. в СанктПетербурге. М. Рыков – член Творческого оттавского литературного клуба (ТОЛК) и Торонтовского семинара художественного перевода Ильи Липеса.

Михаил Рыков выражает глубокую признательность своему другу, носителю португальского языка, Сильвии Клементе за неоценимую помощь при переводе произведений ангольского поэта Раса Нгимбы Нголы.

 

 

Рас Нгиба Нгола (Ангола)

 

Фото Рас Нгимба

 

Ангольский поэт и прозаик. Настоящее имя – Исалино Нгуимба да Крус Аугусто. Родился 27 декабря 1976 г. в г. Дембос провинции Бенго (Ангола). Изучал социологию в Высшем институте социальных наук и международных отношений, частном учебном заведении в г. Луанда (Ангола). После этого Нгиба постигал управление бизнесом в Университете Грегорио Семеду, а затем изучал философию религии на теологическом факультете в Университете Сан-Паулу (Бразилия). Рас Нгиба Нгола является членом Союза писателей Анголы, Литературного движения «Лев Арте», членом Молодёжной литературной бригады Анголы (BJLA) и Национального клуба поэтов и трубадуров. Его первая поэтическая книга «Родина» («Mátria») вышла в 2009 г.

 

 

Родина

 

Из книги «Родина», 2009.

 

Я узнаю́ священный образ твой

меж складок лепестков чудесной розы,

и ослеплённые глаза в восторге

            от этого сиянья, заполнившего всё тобой.

И вижу я, как сама Жизнь желает быть рождённой.

О, Женщина,

            ты носишь в своих недрах

            и мир, и веру, и любовь, и страстное желанье видеть

            триумф своих детей,

            в трудах скитающихся по тернистым тропам.

Женщина.

Наперекор домашнему насилью,

            ты восстаёшь как раненая львица.

И всё же…

Всё же в твоём милом сердце рождается прощенье;

ты презираешь оскорбленья сильных.

Я восторгаюсь твоей ангельской красой.

Воскресным утром,

            ты даруешь свежесть любви и дружбы,

            струящихся из твоих дивных форм.

О, Государыня Вселенной,

благослови же душу, что возлежит в твоём саду.

Она ведь навсегда теперь – мой опьяняющий жасмин.

 

 

Гуттаперчевый

 

Разорвал полотно на четыре куска,

разложил, сделав круглое поле.

 

Ве́тра яростно дует, сгребая слова,

чтоб старушке раскрасить один за другим все поля в плачи предков.

А-ю-эээээээй, нголааааааа!

 

Плодородные земли упрятаны в алчные кофры.

Только мор,

только горе,

одно лишь притворство,

загнивание жалких продажных эпох,

ну а ты всё плыла на сыром днище лодки покрашенной в красное с чёрным.

 

О, нагая луна!

Над бушующим морем отчизны

мне привиделись чаянья отнятые у людей.

Я вернулся в свою ипостась, мой затылок болел…

 

Я вновь пересобрал четыре части в единую канву, стих вплёл в лиризм без северных времён и без времён вообще.

 

О, Ангола!

 

 

БОЖЕСТВЕННАЯ КРАСОТА

 

Из книги «Интимные следы» (Pegadas Íntimas), 2015.

 

миг врезавшийся в память на аллее жизни чарующий свет льющийся из глаз бутона цветущего и в воздухе и в море он источает неизгладимый аромат любви день ото дня восторг приумножающий желанье умиротворенья и даже в поэмах моря поэзии найдётся меньше нет совершенства когда слова теряются в природной красоте перенасыщенной богатствами само́й себя абсолютная магия божественная красота в чарах снов и слов я воцаряю тот бутон в теплицу процветания ведь завтра буду продолжать вдыхать благоухание цветка идя с улыбкой по аллее а в очертаньях лепестков укрыта тайна обновления души прекраснейший цветок

 

13.01.2014

 

Перевод с португальского Михаила Рыкова

 

 

Переводчик Игорь Сид (Россия)

 

Фото Сид Игорь

 

Поэт, эссеист, антрополог. Родился в 1963 г. в Крыму. Биолог по первому образованию, работал в экспедициях в странах Африки, Азии, в Антарктике. Основатель Боспорского форума в Крыму (1993), Крымского геопоэтического клуба в Москве (1995), российско-африканских культурных проектов. Переводчик первых вышедших на русском языке книг Ю. Андруховича и С. Жадана. Организатор международных конференций по антропологии путешествий, по геопоэтике и др. Стихи переводились на английский, армянский, болгарский, малайский, нидерландский, румынский, украинский, хинди и др. языки; эссе – на японский и немецкий. Дважды финалист литературной премии «Нонконформизм». Составитель «Словаря культуры XXI века».

 

Умар Сидибе (Мали)

 

Фото Умар Сидибе

 

Умар Сидибé (Oumar Sidibé), род. в 1995 г. в Бамако. Малийский франкоязычный прозаик, поэт, общественный деятель. Автор романов «À la recherche du bonheur», «Ma mère oui, pas ma maman» и «Une si troublante affaire», первый из которых опубликовал в возрасте 17 лет, и сборника стихов «THÉRAPIE (Amour, sagesse, motivation. Recueil de poèmes pour les temps difficiles)». Часто публикуется под псевдонимом Aries Mudboi. Как координатор транснациональной культурной платформы молодых лидеров Dambe ni Kalan (Adeka), уделяет особое внимание детскому и всеобщему образованию.

 

 

Однажды ты поймёшь

 

(отрывок из поэмы)

 

Однажды, перестав быть ребёнком,

ты вдруг понимаешь,

что мир, в котором ты живёшь, отличается

от мира твоего детства так же,

как коготь льва от ногтя обезьянки.

Ты поймёшь, что был в числе избранных,

кому в детстве разрешали мечтать.

Потому что в этом возрасте другие,

неотличимые от тебя ничем,

прожили другую историю человечества –

где голод, одиночество и война.

Они выросли, а война осталась.

Это был ежедневный бой

между людьми, стремящимися к миру через свободу,

и людьми, стремящихся к миру через порядок,

они все стремились к миру,

но получалась только война.

Раньше ты видел, что мир сделан из хороших и плохих,

и добро всегда побеждает зло.

Теперь ты знаешь, что плохие люди –

это хорошие люди, просто под другим углом,

и что добро, когда оно обязательно,

обязательно превращается в зло.

Однажды ты увидишь,

что у зависти нет предела,

потому что пределом может быть только смерть.

У бедных нет ничего, кроме бедности,

а богатые имеют всё, кроме богатства,

столько несчастий и неравенства, и в этом они равны.

Люди становятся мёртвыми ходячими механизмами

И быть человеком становится нарушением правил

потому что нарушением правил стала любовь.

 

Перевод с французского Игоря Сида