-- В поле зрения «Эмигрантской лиры»

Автор публикации
Михаэль Шерб ( Германия )
№ 4 (24)/ 2018

«Во мне живут ромашки…»

Рецензия на книгу Евгении Джен Барановой «Рыбное место»

 

Баранова Евгения Джен. Рыбное место – СПб.: Алетейя, 2017. – 136 с.

 

Поэзия – это правильные слова на правильных местах:

 

Из рыжей земли на кровавом кизиле

тебя, как подснежник, деревья растили.

 

Но поэзия – это и попытка высказать то, что нельзя высказать средствами прозы. Междучувства, протожелания, недоэмоции – то, что непрерывно бурлит или гниёт, горит или тлеет под спудом сознания и неподвластно нам, потому что мы пока не сумели придумать нужных слов, чтобы определить, рассмотреть, проанализировать.

 

Во мне живут ромашки (турмалин,

румыны, Ромул, Рим) и аромат

горячей горки собранной земли…

Неважно, что с собой не унесёшь.

 

Попытки разобраться в этом «эмоциональном бульоне», внести гармонию в царство хаоса достойны сочувствия вне зависимости от результата – отрицательный результат так же важен в искусстве, как и в науке. И тем ценнее крупицы выкристаллизовавшихся поэтических истин, теоремы, с доказательствами которых согласятся многие.

 

Сойдя в метро как в речь густую

(под сумерки и от грозы),

я вспоминала, как пустует

кувшин у бронзовой Арзы.

 

Кап-кап. Русалочьи привычки.

Кап-кап. Все мимо-мимо-ми…

Обосновалось племя птичье

и наблюдает за детьми.

 

А детям что? Нагая пристань

жмёт катерки к мучной груди.

И парк таит, и манит жизнью.

Чуть что – и в школу не ходи.

 

Чуть что – подуй, заштопай мячик,

произнеси весь алфавит.

Лишь пустота кувшина плачет,

и девушка над ней стоит.

 

То, что Евгения Джен Баранова автор талантливый, поймет каждый, кто внимательно прочёл её новую книжку.

 

Каждый день всё хуже предыдущего.

(В чашке чай/на блюдечке герань).

Господи, пожалуйста, послушай их!

Или этих.

Только перестань.

...

 

Не хочу – ни якобы, ни вроде бы.

Всё как есть – не бойся, говори!

Помолитесь кто-нибудь о Родине.

У меня закончился тариф.

 

Искушённый ценитель поэзии сразу поймет и то, что Евгения – поэт молодой. Это значит – эксперимент (безрассудство и храбрость), это значит – пробовать себя на всех возможных поэтических поприщах, побыть «каждой бочке затычкой».

 

Я – Эми Грант,

I am Мегрэ.

Я детектива персонаж –

размиллионенный, пустой – и все улики

налицо.

Так забывают на земле

простивший небо экипаж.

Так убивают в тишине.

Так объясняются с отцом.

 

Это значит – увы – отсутствие узнаваемого авторского почерка. Это значит – пока – отсутствие жёсткого фильтра, неумение отделить программное от проходного: автору подчас бывает мило то, что читателю – мешает.

 

Склонен бог силлабо-тоники

к молодым экспериментам:

то заплачет, то завоет, то

завернётся в изоленту…

 

Но это означает, как уже было сказано, и особенного рода смелость: позволять себе прямое высказывание, не стыдиться лапидарности и наивности, банальной рифмы, в конце концов.

 

И вдруг я поняла, что не нужна.

Не нужен Даль, раз существует wiki.

Не нужен:

Пруст,

и хруст,

и крест зерна.

Не нужен вкус и запах ежевики.

 

Насколько я понял, эта книга – первый поэтический сборник Евгении. Знатоки утверждают, что поэт, как правило, начинается со второй книги...

 

Уйти туда, где не бывает поздно,

где Пушкин – целомудренный старик.

Туда! Туда! где примулы и звёзды.

И никаких незавершённых книг.

 

Напоследок позволю себе плохой каламбур. Я с удовольствием порыбачил на «Рыбном месте» Евгении Барановой и, как полагается правильному рыбаку, отпустил мелкую рыбешку «нагуливать жир», а крупную – забрал с собой.