-- В поле зрения «Эмигрантской лиры»

Автор публикации
Даниил Чкония ( Германия )
№ 3 (39)/ 2022

Облака врассыпную

Рецензия на книгу Евгения Терновского «Саламандра»

 

Евгений Терновский. Саламандра. Книга стихов. – Франкфурт-на-Майне: Изд-во «Литературный европеец», 2022. – 119 с.

 

Евгений Терновский – живущий во Франции русский поэт. Наш журнал публиковал и его стихи[1], и отзывы на его предыдущие поэтические книги[2]. Новая книга «Саламандра» – свидетельство того, что автор верен своему художническому восприятию мира, своей работе над словом. Терновский всегда интересен своей изобретательностью, с присущей ему свободой выражения, и легко меняет регистры своей стихотворной речи. Элегическая интонация его лирики органична:

 

Время складывать зимние вещи в комод,

осыпая свитеры средством от моли,

бормоча негромко под нос: как, мол,

быстро август пришел!

                                  И не грезить о море.

 

Время думать о траурном октябре,

что пробежит в рыжем облике лисьем,

забывать о себе, вспоминать о тебе,

отвечать на все письма

                                  (…но нет твоих писем…).

 

Светлая грусть, долгая печаль – эта лирическая нота проходит через всю книгу поэта. Но сказанное не значит, что стихи однообразны и монотонны. Сказывается манера письма Терновского, его стремление к свежему, неожиданному слову. И особенно надо отметить то, как поэт использует рифмы в своих стихотворениях. Сложные составные и сквозные рифмы придают тексту ощущение новизны и своеобразия:

 

Был я здесь сорок лет назад.

Никакой перемены.

Лишь у церкви, из-за дождевых осад,

(или времени?) осыпаются стены.

 

Деревенька как точка мала,

неказистая, но из точки

появились храмы, замки и зеркала,

славной Франции жизнь и источник.

 

Терновский верен себе, техника его работает безупречно и, как уже сказано, он умело варьирует стих, когда элегия уступает место тревожной интонации. Это отчётливо проявлено в стихотворении «1941, август, Москва»:

 

В ту августовскую ночь даров не приносили

ни други, ни волхвы. Предвестием насилья,

пустели топчаны, лежанки и постели.

И школы, и вокзал, и улицы пустели.

 

Никто не видел свет, неведомо откуда

спускавшийся к домам. От воя и от гуда,

мгновенно пролетал, чернея в небе юнкерс,

и прилетала смерть, и улетала юность.

 

Благодаря мастерству Терновского, перед нами возникает впечатляющая картина времени и момента, а вслед за этим – читательское сопереживание автору.

Богатая звукопись стихотворений поэта приводит в восхищение. Благодаря ей, автор играет со словом, обеспечивая динамику и экспрессию на всём протяжении текста. Такие стихи хочется пробовать на вкус, перечитывая их вслух:

 

Облака врассыпную и кроны смяты.

Ветер кличет: ко мне! (на вокзале как!).

Небеса из лиловой и синей смальты,

как мозаика.

 

Не сыскать земли прекрасней Амальфи.

Здесь изменчиво всё, хоть и нет измен:

Только горы и море, арии, арфы

У крылатых змей!

 

Евгений Терновский работает продуктивно, он находится в состоянии творческого подъёма и остаётся только пожелать ему новых стихов и новых книг!

 

[1] «Эмигрантская лира» № 3 (19)/ 2017. – URL : http://emlira.com/3-19-2017/evgeniy-ternovskiy/stikhi

[2] Д. Чкония. «Камни, что источают жар». Рецензия на книгу Е. Терновского «Сицилиана». – «Эмигрантская лира» № 4(24)/2018. – URL : http://emlira.com/4-24-2018/daniil-chkoniya/kamni-chto-istochayut-zhar; Д. Чкония. «Я улетал – и знал, что навсегда…». О книге Е. Терновского «MCMLXXIV. (1974)». – «Эмигрантская лира» № 4(36)/2021. – URL : http://emlira.com/4-36-2021/daniil-chkoniya/ya-uletal-i-znal-chto-navsegda